September 25th, 2009

быть нашистом - стыдно

Поучаствовал в дебатах на «Эхе Москвы» с членом политсовета «Молодой Гвардии Единой России» Павлом leteha Данилиным. Отправной точкой дискуссии было выступление Суркова, который назвал движение «Наши» стабилизирующим фактором российской политической системы и ее «передовым боевым отрядом».

Данилин эту позицию, как и положено, защищал, я её оспаривал. Можно нашу дискуссию прочитать, а можно и послушать, как это было:



Если коротко, моя позиция заключается в следующем:

1. Если «Наши» что-то и стабилизируют, то только цензуру, властный произвол, нечестный суд, отсутствие выборов и парламента. «Наши» - показатель крайне нездорового состояния общества. Для молодежи естественное состояние – максимализм и нонконформизм, на то она и молодежь. А когда молодые люди начинают ходить строем в майках с портретами вождей – это ненормально.

2. «Наши» - это навязывание крайне агрессивной политической культуры российскому обществу. Дискуссии на ТВ и в парламенте власть сознательно заменена уличным противостоянием оппозиции с этими лайт-хунвейбинами.

3. Недопустимо финансировать политические движение из государственного бюджета, как это происходит в случае с «Нашими». Я считаю, что в России в принципе может существовать общероссийская молодежная организация, существующая за счет бюджета. Но условием финансирования такого движения является его жестко неполитический характер. Пусть лучше движение скаутов создают вместо нашистов.

4. Быть нашистом - стыдно.

Данилин в нашем споре превзошел сам себя. В ответ на мои слова о том, что молодые люди не должны быть циниками, он принялся жестко настаивать на этом их праве. Настоящий гимн политическому цинизму воспел. Вот что значит школа Павловского.

Ну и в конце его совсем занесло. Начал возмущаться молодежью, которая требует от государства помощи в решении квартирного вопроса.

А кто сказал, что молодежь должна обязательно иметь квартиру в собственности? Пусть снимают жилье! Дорого? Езжайте в другой город, где дешевле! – разгорячился мой оппонент.

Я очень радовался такой откровенности, но напомнил все-таки про Конституцию, по которой Россия – социальное государство, и предложил не удивляться, что при таком жлобском отношении к молодым людям, они не хотят рожать детей.

Очень показательно, что во время рекламной паузы оператор, стоявший все это время за камерой, не выдержал и обратился к Данилину: «Павел, ну как вы можете говорить такие вещи? Это же просто ужасно».

Подрабинек

Когда Александр Подрабинек написал свою ставшую скандально известной статью с критикой ветеранов великой отечественной войны, я искренне возмутился. Возмутился даже не содержательными аргументами, а неуважительным, на мой взгляд, тоном и обобщениями, которые допустил автор.

Кто мы такие, чтобы судить людей, прошедших войну? Какой была бы сегодня наша страна (да и вся Европа), если бы не они?

Я против и критических стрел в адрес презираемых многими демократами политруков. Не надо делить ветеранов на хороших и плохих. Их осталось совсем мало, и каждый их них заслуживает как минимум уважения. Тем более предъявлять старикам претензии за дела давно минувших дней… Не надо этого.

Когда Подрабинек опубликовал свой текст, я собирался написать ему ответ в очень резких формулировках. Но руки не дошли – и не написал. Очень рад, что не написал. Потому что из-за дегенератов-нашистов, любой человек, критиковавший Подрабинека, невольно оказался втянут в отвратительную кампанию травли журналиста за инакомыслие.

Эти отморозки ищут его по всей Москве, «чтобы поговорить». Караулят у подъезда, сидят под дверью, третируют жену. Несколько уродов ворвались в редакцию «Новой газеты».

С Подрабинеком я во многом не согласен и готов с ним спорить. Но с нашистами даже спорить бессмысленно. Те люди, которые устроили травлю Подрабинека и его семьи, – прямые наследники традиций «гитлер-югенда».

Я в свое время уже сталкивался с подобным.

Журналист Александр Минкин написал в «МК» довольно двусмысленный текст на тему великой отечественной. Против него ополчились очень многие профессиональные патриоты: обещали расправу, поджидали у редакции, звонили с угрозами.

Через некоторое время после выхода статьи у Минкина была встреча с читателями в рамках праздника газеты в «Лужниках». Ему позвонили и обещали «разобраться» с ним прямо во время мероприятия.

Минкин обратился ко мне за помощью и попросил поддержки. Я со своими товарищами был на той встрече и сделал, что мог, чтобы Минкина защитить.

После этого на мою голову вылили ушаты дерьма, сами можете посмотреть. Признаюсь, что я тогда довольно болезненно это переживал. Но никогда не пожалел, что поддержал тогда Минкина, хотя был совершенно не согласен с его статьей.

И если мне позвонит с просьбой помочь Подрабинек – помогу, чем смогу. Потому что это правильно. Потому что у любого журналиста должно быть право писать, что он думает, и уважающий себя либерал обязан это право защищать.

А кремлевские фашисты, которые сегодня упиваются собственной безнаказанностью, рано или поздно за всё ответят.